lamo4ok: Этот народный перл, крайне необходим в нашей стране, где высказанная вслух мысль, на 99 процентов считается законченым делом. Вся энергия которая могла бы пойти на воплощение идеи в жизнь, уходит на красочное и эмоциональное описание мысли. Я бы сделал так и вот так, а потом бы подвинтил вот тут, да еще вот там, и получилось бы… Эхх… Теперь перекур…
kapelan: О, да.
esk: А если сделать ещё вот так, то можно будет вообще сделать офигенную вещь. Можно будет пристраивать то и вот то, да ещё подключить и вот это… Тут вроде принципиальных сложностей нет. А ещё можно вот это прикрутить… блин, да у меня, похоже, штука получится лучше всех существующих аналогов, и вроде всё понятно, что делать и как.
На этом всё и заканчивается.
На этом всё и заканчивается.
esk: ну почему же, вот вам пример только из сегодняшнего дня, темы еще горячие в голове:
1. Знакомый сейчас ведет проект автоматизации расчетов в ЖКХ Воронежа.
2. Другой знакомый разрабатывает систему автоматизации документооборота для небольшой по меркам строительного бизнеса компании.
Оба при деле, оба делают полезные вещи. Примеры из той области, в которой работаю и я, но, как вы сами понимаете, специалисты из других областей так же могут привести вам достаточно примеров, и не единичных.
1. Знакомый сейчас ведет проект автоматизации расчетов в ЖКХ Воронежа.
2. Другой знакомый разрабатывает систему автоматизации документооборота для небольшой по меркам строительного бизнеса компании.
Оба при деле, оба делают полезные вещи. Примеры из той области, в которой работаю и я, но, как вы сами понимаете, специалисты из других областей так же могут привести вам достаточно примеров, и не единичных.
Вместо прямого подхода «в лоб», попробуйте непрямой подход к достижению своих целей, одним словом — в обход.
Как получилось так, что богатейшие люди планеты никогда не ставили перед собой прямой цели разбогатеть? Как будто они просто споткнулись о свое состояние, глядя при этом совершенно в другую сторону. Сэм Уолтон, основатель сети Уол–Март, признался, что «никогда не ставил перед собой конкретной цели заработать огромное состояние». И богатство Уоррена Баффета, собственно, не было его целью, а лишь средством ведения счета в своей «игре»: уже 50 лет он живет в одном и том же бунгало в г. Омаха и по–прежнему усиленно работает в возрасте 78 лет.
Накопление не было и первоочередной задачей миллиардера Дональда Трампа. «Я занимаюсь этим не ради денег. У меня их достаточно — намного больше, чем мне когда–либо понадобится. Я занимаюсь этим ради того, чтобы заниматься этим. Сделки — моя форма искусства». Строительный магнат утверждает, что бизнес для него не средство, а сама цель. Чтобы создать успешную компанию, а это основной путь к крупному состоянию в наши дни, нужно быть преданным своему делу, обладать исключительным таланом и упорно работать, а это совсем не то же самое, что любовь к деньгам — урок, который так и не усвоили обанкротившиеся Lehman Brothers.
«На мой взгляд, Леманы разорились отчасти потому, что их культура не способствовала командной работе… они (партнеры) выводили прибыль из фирмы в виде раздутых бонусов и дивидендов самим себе». Это замечание было высказано не после банкротства Леманов в 2008, его в 1984 г. высказал Джон Уайтхед (в то время бывший председателем банка Goldman Sachs, конкурента Леманов) по поводу их раннего краха. Не имея корпоративной культуры, которая бы ценила практику банковского дела так же, как прибыль, Леманы пали жертвой восхваляемой ими охоты за прибылью.
«Непрямой подход» подразумевает процесс косвенного достижения целей, как, например, достижение финансового успеха путем реальной преданности своему делу. При этом принцип непрямого подхода действует везде, его можно применить даже к личному счастью. Уже давно было замечено, что по–настоящему счастлив тот, кто не стремится к счастью напрямую. Джон Стюарт Мил был ярым сторонником утилитаризма — учения о том, что цель человечества заключается в достижении как можно большего счастья как можно большим количеством людей. Однако, к концу своей (далеко не счастливой) жизни Мил обнаружил, что «эту цель можно достичь только в том случае, если не делать ее непосредственной целью. Счастлив только тот (подумалось мне), кто сосредоточился на чем–то ином, но не на собственном счастье — на каком–либо искусстве или занятии, служащим не средством, но самой идеальной целью. Стремясь, таким образом, к чему–то постороннему, они обретают счастье между прочим».
Принцип непрямого подхода идет вразрез со всем, чему нас учили, правда? Но разве не истинно то, что лучше настроиться на максимальное увеличение чего–либо: счастья, богатства, прибыли? Как ни странно, но это не так. Жизнь слишком сложна и неопределенна, чтобы можно было предсказать и следовать наиболее прямому, на наш взгляд, пути к успеху. Наши знания всегда неполны, а события зависят от непредсказуемости других людей и организаций. Поэтому лучший подход к достижению целей — непрямой, извилистый путь, позволяющий подстраивать стратегию к меняющейся ситуации. При этом мы можем лучше разобраться в природе своих целей и средствах их достижения путем экспериментов и открытий.
Парадокс стремления к прибыли служит самым поразительным примером принципа непрямого подхода, а заключается он в том, что наиболее прибыльные предприятия не являются предприятиями, наиболее стремящимися к прибыли. Современная корпорация «Боинг» была создана своим долгосрочным генеральным директором (1945–70) Биллом Алленом. В период пребывания Аллена в должности компания построила «Боинг–737», самый продаваемый самолет в истории, а затем он сделал ставку на авиалайнер–гигант «Боинг–747». Аллен так описывал цель своей компании: «питаться, дышать и спать миром авиации». Когда член совета директоров, не являющийся исполнительным лицом компании, поинтересовался подробностями прогнозируемого коэффициента окупаемости 747 модели, от него отмахнулись, сказав, что какой–то анализ был выполнен, но ответственный менеджер забыл полученные результаты.
Фил Кондит стал генеральным директором «Боинга» в 1997 г. Он объяснил, что озабоченность компании покорением «величайших технологических высот» должна прекратиться. При власти Кондита «мерами оценки вашей работы станут себестоимость единицы продукции, коэффициент окупаемости и дивиденды акционеров». Это были большие перемены. Однако, огромную акционерную стоимость создала именно компания Аллена, а не Кондита.
А как насчет «Ситигруп» (Citigroup)? Когда Джон Рид и Сэнди Уэйл в течение короткого срока совместно занимали пост генеральных директоров компании в 90–х, Рид дал журналисту следующее объяснение своих целей: «Моя модель представляет собой глобальную потребительскую компанию, которая по–настоящему помогает среднему классу». Его перебил Уэйл: «Моя цель — увеличивать акционерную стоимость». Уэйл вытеснил Рида, но когда «Ситигруп» постигли скандалы, угрожающие репутации фирмы, пошатнувшийся делец был вынужден признать, что «Мы должны преследовать более широкие цели, чем простое получение прибыли».
Самого Уэйла заменил юрист Чак Принс, но пользы это принесло немного: за десять лет после слияния Ситикорп и Трэвелерс (Citicorp/Travelers) в 1998, акционерная стоимость компании была уничтожена практически полностью.
Принцип непрямого подхода может применяться не только к успеху в бизнесе. Навык решения проблем зачастую зависит от интерпретации и реинтерпретации целей, и многие великие достижения основываются именно на этом. Александр Грэхем Белл изобрел телефон, Акио Морита создал плейер Sony Walkman, а Стив Джобс реинтерпретировал идею Мориты в виде iPod — все это решения проблем, про которые люди и не знали, что они у них есть. Говорят, что Генри Форд как–то сказал, что если бы он спросил своих клиентов, чего они хотят, то они бы ответили: «Усовершенствованную модель лошади».
Нас пытаются убедить, что существует некая наука принятия решений — научный метод, который должен привести любого сознательного человека к одному и тому же объективному ответу. Хорошего бизнес–лидера, человека, обладающего финансовой проницательностью, отличает лишь способность находить объективно верные ответы быстрее других. Идею научного подхода к принятию решений я называю «Правилом Франклина», в честь великого американца энциклопедических знаний Бенжамина Франклина, который изложил это правило в известном письме английскому ученому Джозефу Пристли. Франклин объяснил, что решения необходимо принимать, записав все «за» и «против» и взвесив каждый пункт этого списка.
Но Франклин прекрасно знал, что в действительности люди, и он в том числе, так решения не принимают. Далее он рассуждал, как это «хорошо быть здравомыслящим человеком, поскольку это позволяет находить или придумывать оправдания всему, что только не вздумается сделать». Это называется «Гамбитом Франклина» — процесс, столь распространенный в бизнесе и политике, построения замысловатых обоснований решений, уже принятых на иных основаниях. Различного рода консультанты сколотили на этом состояния.
Ошибка возникает тогда, когда мы полагаем, что должны применить Правило Франклина, но на самом деле этого не требуется. Никакой науки принятия решений нет и не будет. Мы не решаем проблемы так, как это подразумевается в концепции научного метода принятия решений, просто потому, что не можем. Потому что наши цели, как правило, неточны и многогранны, и меняются по мере приближения к ним. Наши решения зависят от реакции окружающих, и от того, какую реакцию мы от них ожидаем. Мир — это сложная и недостаточно познанная нами вещь, наше знание о нем неполно, и так будет всегда, сколько бы мы его ни изучали, и как бы ни анализировали все, что нас окружает.
Тот, кто действует по принципу непрямого подхода, решает проблемы, природа которых проявляется только по мере их решения. Как во всех хороших приключениях: мы узнаем характер своих целей и средств их достижения путем экспериментов и открытий, которые нам приходится совершать по ходу дела. Принцип непрямого подхода — это адаптация и импровизация по мере продвижения.
Поэтому, успешный бизнес–лидер характеризуется не способностью формулировать и осознавать комплексное видение экономики и промышленности, а способностью постоянно подгонять возможности фирмы под меняющуюся рыночную ситуацию. Финансовая прозорливость — это не умение предсказывать будущее (потому что это невозможно), а умение успешно пробираться через неразрешимые неопределенности. Работы Уоррена Баффета и Джорджа Сороса существенно отличаются от работ других инвестиционных гуру именно тем, с какой готовностью они признают ограниченность собственных знаний.
В одной и той же ситуации разные люди примут разные решения не потому, что у них разные цели, а потому, что они видят разные возможности, выбирают разную информацию и по–разному эту информацию оценивают. Бывает, что и задним умом не всегда возможно определить, кто был прав, а кто нет. В заведомо неопределенном мире хорошее решение не обязательно приводит к хорошему результату, а хороший результат не обязательно зависит от хорошего решения или способности такое решение принять. Само по себе понятие лучшего решения может быть неправильным.
Политолог Филипп Тетлок изучил политические прогнозы специалистов, сделанные за двадцать лет. Он воспользовался идеей о различии ежа, который знает многое об одном, и лисы, которая знает малое о многом. Все проблемы, независимо от их сложности, еж решает напрямую, в то время как эклектическая лиса идет в обход. Тетлок обнаружил, что лисы чаще оказывались правы, но решения ежей чаще получали общественное одобрение. Мы принимаем более качественные решения, если умеем приспосабливаться к любым условиям, осознаем ограниченность своих знаний и получаем информацию из многих источников. Мы лишь хотим, чтобы мир можно было описать посредством простых историй и ясных образов.
Трудно переоценить ущерб, причиненный за последнее время людьми, которые думали, что знают о мире больше, чем они знали на самом деле. Руководители и финансисты, которые разрушили прекрасные компании в безуспешной погоне за акционерной стоимостью; архитекторы и проектировщики, которые считали, что здания можно проектировать, основываясь лишь на теоретических принципах, и что живые бурлящие города можно нарисовать с чистого листа; политики, которые считали, что принесут больше пользы обществу, если поставят множественные цели. Тяжелейшие случаи неудачных государственных решений прошлого десятилетия (война в Ираке и расширение кредитной эмиссии 2003–2007 годов) являются прямым следствием предполагаемых знаний о мире тех, кто эти решения принимал, но в реальности этих знаний не имел, и кто разыграл Гамбит Франклина в поддержку своих ошибочных суждений.
Прямой подход к решению проблем требует, чтобы мы знали метод решения до того, как начнем действовать. Даже если допустить возможность такого метода, он часто неэффективен. Действуя по принципу непрямого подхода, мы изучаем структуру проблемы в процессе ее решения. Таким образом, когда перед вами встает приводящая в уныние задача или кажущийся сложным проект, начните с того, что сделайте что–нибудь. Выберите небольшой компонент, который имеет отношение к задаче. Несмотря на то, что, кажется, что сначала нужно составить подробный план, обычно это не получается: цели определены недостаточно четко, суть проблемы постоянно меняется, она слишком сложна и у вас не хватает информации. Прямой подход просто невозможен.
Принятие хороших решений — прагматичный и эклектичный процесс, который изменяется как и когда того требует меняющаяся ситуация. Попытка втиснуть мир в единую модель или словесное описание подразумевает отказ от признания всеобщей неопределенности и сложности. Принцип непрямого подхода не менее, но даже более рационален, чем Правило Франклина. Однако, это не означает, что нужно не думать о целях, перестать рассматривать возможности, прекратить искать информацию и не пытаться как можно лучше понять сложные системы, с которыми приходится иметь дело, совсем наоборот: это означает, что нужно начать.
Принцип непрямого подхода — лучший подход в ситуациях со сложными меняющимися системами в неопределенной среде и когда эффективность наших действий зависит от реакции на них других людей. Прямой подход хорош тогда и только тогда, когда имеется устойчивая среда, одномерные и прозрачные цели, и когда существует возможность точно определить, что эти цели достигнуты.
ПРИНЦИП НЕПРЯМОГО ПОДХОДА:
— Ставьте цели, но сохраняйте гибкость, чтобы преодолевать непредвиденные препятствия и использовать неожиданные возможности.
— Помните, что ваши знания всегда неточны и неполны. Закидывайте сети как можно дальше, старайтесь поймать как можно больше.
— Не бойтесь менять курс по ходу дела, если видите в этом пользу.
— Извилистая тропинка может привести к неожиданно полезным открытиям и внезапной выгоде.
— Подходите к вопросу со всех сторон: непрямые решения часто могут оказаться самыми эффективными.
Как получилось так, что богатейшие люди планеты никогда не ставили перед собой прямой цели разбогатеть? Как будто они просто споткнулись о свое состояние, глядя при этом совершенно в другую сторону. Сэм Уолтон, основатель сети Уол–Март, признался, что «никогда не ставил перед собой конкретной цели заработать огромное состояние». И богатство Уоррена Баффета, собственно, не было его целью, а лишь средством ведения счета в своей «игре»: уже 50 лет он живет в одном и том же бунгало в г. Омаха и по–прежнему усиленно работает в возрасте 78 лет.
Накопление не было и первоочередной задачей миллиардера Дональда Трампа. «Я занимаюсь этим не ради денег. У меня их достаточно — намного больше, чем мне когда–либо понадобится. Я занимаюсь этим ради того, чтобы заниматься этим. Сделки — моя форма искусства». Строительный магнат утверждает, что бизнес для него не средство, а сама цель. Чтобы создать успешную компанию, а это основной путь к крупному состоянию в наши дни, нужно быть преданным своему делу, обладать исключительным таланом и упорно работать, а это совсем не то же самое, что любовь к деньгам — урок, который так и не усвоили обанкротившиеся Lehman Brothers.
«На мой взгляд, Леманы разорились отчасти потому, что их культура не способствовала командной работе… они (партнеры) выводили прибыль из фирмы в виде раздутых бонусов и дивидендов самим себе». Это замечание было высказано не после банкротства Леманов в 2008, его в 1984 г. высказал Джон Уайтхед (в то время бывший председателем банка Goldman Sachs, конкурента Леманов) по поводу их раннего краха. Не имея корпоративной культуры, которая бы ценила практику банковского дела так же, как прибыль, Леманы пали жертвой восхваляемой ими охоты за прибылью.
«Непрямой подход» подразумевает процесс косвенного достижения целей, как, например, достижение финансового успеха путем реальной преданности своему делу. При этом принцип непрямого подхода действует везде, его можно применить даже к личному счастью. Уже давно было замечено, что по–настоящему счастлив тот, кто не стремится к счастью напрямую. Джон Стюарт Мил был ярым сторонником утилитаризма — учения о том, что цель человечества заключается в достижении как можно большего счастья как можно большим количеством людей. Однако, к концу своей (далеко не счастливой) жизни Мил обнаружил, что «эту цель можно достичь только в том случае, если не делать ее непосредственной целью. Счастлив только тот (подумалось мне), кто сосредоточился на чем–то ином, но не на собственном счастье — на каком–либо искусстве или занятии, служащим не средством, но самой идеальной целью. Стремясь, таким образом, к чему–то постороннему, они обретают счастье между прочим».
Принцип непрямого подхода идет вразрез со всем, чему нас учили, правда? Но разве не истинно то, что лучше настроиться на максимальное увеличение чего–либо: счастья, богатства, прибыли? Как ни странно, но это не так. Жизнь слишком сложна и неопределенна, чтобы можно было предсказать и следовать наиболее прямому, на наш взгляд, пути к успеху. Наши знания всегда неполны, а события зависят от непредсказуемости других людей и организаций. Поэтому лучший подход к достижению целей — непрямой, извилистый путь, позволяющий подстраивать стратегию к меняющейся ситуации. При этом мы можем лучше разобраться в природе своих целей и средствах их достижения путем экспериментов и открытий.
Парадокс стремления к прибыли служит самым поразительным примером принципа непрямого подхода, а заключается он в том, что наиболее прибыльные предприятия не являются предприятиями, наиболее стремящимися к прибыли. Современная корпорация «Боинг» была создана своим долгосрочным генеральным директором (1945–70) Биллом Алленом. В период пребывания Аллена в должности компания построила «Боинг–737», самый продаваемый самолет в истории, а затем он сделал ставку на авиалайнер–гигант «Боинг–747». Аллен так описывал цель своей компании: «питаться, дышать и спать миром авиации». Когда член совета директоров, не являющийся исполнительным лицом компании, поинтересовался подробностями прогнозируемого коэффициента окупаемости 747 модели, от него отмахнулись, сказав, что какой–то анализ был выполнен, но ответственный менеджер забыл полученные результаты.
Фил Кондит стал генеральным директором «Боинга» в 1997 г. Он объяснил, что озабоченность компании покорением «величайших технологических высот» должна прекратиться. При власти Кондита «мерами оценки вашей работы станут себестоимость единицы продукции, коэффициент окупаемости и дивиденды акционеров». Это были большие перемены. Однако, огромную акционерную стоимость создала именно компания Аллена, а не Кондита.
А как насчет «Ситигруп» (Citigroup)? Когда Джон Рид и Сэнди Уэйл в течение короткого срока совместно занимали пост генеральных директоров компании в 90–х, Рид дал журналисту следующее объяснение своих целей: «Моя модель представляет собой глобальную потребительскую компанию, которая по–настоящему помогает среднему классу». Его перебил Уэйл: «Моя цель — увеличивать акционерную стоимость». Уэйл вытеснил Рида, но когда «Ситигруп» постигли скандалы, угрожающие репутации фирмы, пошатнувшийся делец был вынужден признать, что «Мы должны преследовать более широкие цели, чем простое получение прибыли».
Самого Уэйла заменил юрист Чак Принс, но пользы это принесло немного: за десять лет после слияния Ситикорп и Трэвелерс (Citicorp/Travelers) в 1998, акционерная стоимость компании была уничтожена практически полностью.
Принцип непрямого подхода может применяться не только к успеху в бизнесе. Навык решения проблем зачастую зависит от интерпретации и реинтерпретации целей, и многие великие достижения основываются именно на этом. Александр Грэхем Белл изобрел телефон, Акио Морита создал плейер Sony Walkman, а Стив Джобс реинтерпретировал идею Мориты в виде iPod — все это решения проблем, про которые люди и не знали, что они у них есть. Говорят, что Генри Форд как–то сказал, что если бы он спросил своих клиентов, чего они хотят, то они бы ответили: «Усовершенствованную модель лошади».
Нас пытаются убедить, что существует некая наука принятия решений — научный метод, который должен привести любого сознательного человека к одному и тому же объективному ответу. Хорошего бизнес–лидера, человека, обладающего финансовой проницательностью, отличает лишь способность находить объективно верные ответы быстрее других. Идею научного подхода к принятию решений я называю «Правилом Франклина», в честь великого американца энциклопедических знаний Бенжамина Франклина, который изложил это правило в известном письме английскому ученому Джозефу Пристли. Франклин объяснил, что решения необходимо принимать, записав все «за» и «против» и взвесив каждый пункт этого списка.
Но Франклин прекрасно знал, что в действительности люди, и он в том числе, так решения не принимают. Далее он рассуждал, как это «хорошо быть здравомыслящим человеком, поскольку это позволяет находить или придумывать оправдания всему, что только не вздумается сделать». Это называется «Гамбитом Франклина» — процесс, столь распространенный в бизнесе и политике, построения замысловатых обоснований решений, уже принятых на иных основаниях. Различного рода консультанты сколотили на этом состояния.
Ошибка возникает тогда, когда мы полагаем, что должны применить Правило Франклина, но на самом деле этого не требуется. Никакой науки принятия решений нет и не будет. Мы не решаем проблемы так, как это подразумевается в концепции научного метода принятия решений, просто потому, что не можем. Потому что наши цели, как правило, неточны и многогранны, и меняются по мере приближения к ним. Наши решения зависят от реакции окружающих, и от того, какую реакцию мы от них ожидаем. Мир — это сложная и недостаточно познанная нами вещь, наше знание о нем неполно, и так будет всегда, сколько бы мы его ни изучали, и как бы ни анализировали все, что нас окружает.
Тот, кто действует по принципу непрямого подхода, решает проблемы, природа которых проявляется только по мере их решения. Как во всех хороших приключениях: мы узнаем характер своих целей и средств их достижения путем экспериментов и открытий, которые нам приходится совершать по ходу дела. Принцип непрямого подхода — это адаптация и импровизация по мере продвижения.
Поэтому, успешный бизнес–лидер характеризуется не способностью формулировать и осознавать комплексное видение экономики и промышленности, а способностью постоянно подгонять возможности фирмы под меняющуюся рыночную ситуацию. Финансовая прозорливость — это не умение предсказывать будущее (потому что это невозможно), а умение успешно пробираться через неразрешимые неопределенности. Работы Уоррена Баффета и Джорджа Сороса существенно отличаются от работ других инвестиционных гуру именно тем, с какой готовностью они признают ограниченность собственных знаний.
В одной и той же ситуации разные люди примут разные решения не потому, что у них разные цели, а потому, что они видят разные возможности, выбирают разную информацию и по–разному эту информацию оценивают. Бывает, что и задним умом не всегда возможно определить, кто был прав, а кто нет. В заведомо неопределенном мире хорошее решение не обязательно приводит к хорошему результату, а хороший результат не обязательно зависит от хорошего решения или способности такое решение принять. Само по себе понятие лучшего решения может быть неправильным.
Политолог Филипп Тетлок изучил политические прогнозы специалистов, сделанные за двадцать лет. Он воспользовался идеей о различии ежа, который знает многое об одном, и лисы, которая знает малое о многом. Все проблемы, независимо от их сложности, еж решает напрямую, в то время как эклектическая лиса идет в обход. Тетлок обнаружил, что лисы чаще оказывались правы, но решения ежей чаще получали общественное одобрение. Мы принимаем более качественные решения, если умеем приспосабливаться к любым условиям, осознаем ограниченность своих знаний и получаем информацию из многих источников. Мы лишь хотим, чтобы мир можно было описать посредством простых историй и ясных образов.
Трудно переоценить ущерб, причиненный за последнее время людьми, которые думали, что знают о мире больше, чем они знали на самом деле. Руководители и финансисты, которые разрушили прекрасные компании в безуспешной погоне за акционерной стоимостью; архитекторы и проектировщики, которые считали, что здания можно проектировать, основываясь лишь на теоретических принципах, и что живые бурлящие города можно нарисовать с чистого листа; политики, которые считали, что принесут больше пользы обществу, если поставят множественные цели. Тяжелейшие случаи неудачных государственных решений прошлого десятилетия (война в Ираке и расширение кредитной эмиссии 2003–2007 годов) являются прямым следствием предполагаемых знаний о мире тех, кто эти решения принимал, но в реальности этих знаний не имел, и кто разыграл Гамбит Франклина в поддержку своих ошибочных суждений.
Прямой подход к решению проблем требует, чтобы мы знали метод решения до того, как начнем действовать. Даже если допустить возможность такого метода, он часто неэффективен. Действуя по принципу непрямого подхода, мы изучаем структуру проблемы в процессе ее решения. Таким образом, когда перед вами встает приводящая в уныние задача или кажущийся сложным проект, начните с того, что сделайте что–нибудь. Выберите небольшой компонент, который имеет отношение к задаче. Несмотря на то, что, кажется, что сначала нужно составить подробный план, обычно это не получается: цели определены недостаточно четко, суть проблемы постоянно меняется, она слишком сложна и у вас не хватает информации. Прямой подход просто невозможен.
Принятие хороших решений — прагматичный и эклектичный процесс, который изменяется как и когда того требует меняющаяся ситуация. Попытка втиснуть мир в единую модель или словесное описание подразумевает отказ от признания всеобщей неопределенности и сложности. Принцип непрямого подхода не менее, но даже более рационален, чем Правило Франклина. Однако, это не означает, что нужно не думать о целях, перестать рассматривать возможности, прекратить искать информацию и не пытаться как можно лучше понять сложные системы, с которыми приходится иметь дело, совсем наоборот: это означает, что нужно начать.
Принцип непрямого подхода — лучший подход в ситуациях со сложными меняющимися системами в неопределенной среде и когда эффективность наших действий зависит от реакции на них других людей. Прямой подход хорош тогда и только тогда, когда имеется устойчивая среда, одномерные и прозрачные цели, и когда существует возможность точно определить, что эти цели достигнуты.
ПРИНЦИП НЕПРЯМОГО ПОДХОДА:
— Ставьте цели, но сохраняйте гибкость, чтобы преодолевать непредвиденные препятствия и использовать неожиданные возможности.
— Помните, что ваши знания всегда неточны и неполны. Закидывайте сети как можно дальше, старайтесь поймать как можно больше.
— Не бойтесь менять курс по ходу дела, если видите в этом пользу.
— Извилистая тропинка может привести к неожиданно полезным открытиям и внезапной выгоде.
— Подходите к вопросу со всех сторон: непрямые решения часто могут оказаться самыми эффективными.
lamo4ok: очень странно выглядит назидательный пример трампа в сравнении с банкротством лимонных братьев. этот товарищ сам банкротился не один раз, наш полонский просто копирует раскрученный образ.
chukcha: это несколько популистская статья, ее цель скорее доступно донести мысль чем академически верные изыскания.
Да, обычно дела, которые делаются не для заработка, а потому что нравятся, получаются лучше всего и не надо тут целую статью с примерами городить и теорию.
Увы, примеры для нашей страны особенно не найдешь, потому что у нас все делается для заработка и побыстрее. Придется приводить в пример какую–нибудь парижскую пекарню, которой уже лет 300 и в ней делают совершенно охуенные булочки, именно потому что любят делать охуенные булочки. Ну или милионеров как в статье.
Увы, примеры для нашей страны особенно не найдешь, потому что у нас все делается для заработка и побыстрее. Придется приводить в пример какую–нибудь парижскую пекарню, которой уже лет 300 и в ней делают совершенно охуенные булочки, именно потому что любят делать охуенные булочки. Ну или милионеров как в статье.
ptitzin: полно хороших фильмов снято было, например.
То есть, единицы. Но хорошего кино всегда единицы.
То есть, единицы. Но хорошего кино всегда единицы.
ptitzin: плюс к этому, в нашей стране есть принято желать не "жить лучше соседа", а наоборот — "хоть бы сосед жил хуже". В силу этого действительно успешные дела в России афишировать не принято.
И это не тенденция последних лет, взять хотя бы исконно русское, на мой взгляд, "не рассказывай о загаданном желании, а то не сбудется" и прочие подобные перлы народной мысли.
И это не тенденция последних лет, взять хотя бы исконно русское, на мой взгляд, "не рассказывай о загаданном желании, а то не сбудется" и прочие подобные перлы народной мысли.
lamo4ok: Ага, если дела идут хорошо, то придут добрые дяди и попросят скинуться на пионерский лагерь для взрослых около озера, ага. Или отправят поднимать целину за полярный круг.
ptitzin: курица и яйцо.
Я правильно понял, что мне никому не нужно говорить, что хочу разбогатеть, а нужно говорить, что думаю собрать воедино этот потрясный феномен
человеческой культуры — анекдот. И далее не затыкаясь: "В анекдотах, в настоя —
щих анекдотах, ну и, конечно, в частушках собрана мудрость народа, его
ум и прозорливость, а также прекрасное понимание всего, что происходит
на самом деле в жизни нашей страны и в жизни человеческой. Только в
анекдотах можно найти ответы на такие животрепещущие вопросы, как "кто
виноват?" и "что делать?"
И тут, хуяк! на меня сваливается наследство грузинской княжны!
человеческой культуры — анекдот. И далее не затыкаясь: "В анекдотах, в настоя —
щих анекдотах, ну и, конечно, в частушках собрана мудрость народа, его
ум и прозорливость, а также прекрасное понимание всего, что происходит
на самом деле в жизни нашей страны и в жизни человеческой. Только в
анекдотах можно найти ответы на такие животрепещущие вопросы, как "кто
виноват?" и "что делать?"
И тут, хуяк! на меня сваливается наследство грузинской княжны!
mongol: Виноваты дураки, а делать нужно дороги!
mongol: а можно еще раз, и помедленнее :)
mongol: Вот смотри: ты, весь такой из себя прекрасный, собираешь пиздатые анекдоты, пуская слюни, и тут — хуяк — вдруг за эти анекдоты тебе вдруг начинают некисло башлять :)
stopmashina: самое главное чтобы нравилось :)
stopmashina:
Роман Трахтенберг:
— А вы действительно можете закончить любой анекдот?
— Разве вы не понимаете, это же шоу! Все началось несколько лет назад, когда в клубе кто–то сказал: «Рома, ты рассказываешь старые анекдоты». — «А ты знаешь новые? Ну, расскажи, если я закончу, ты мне — деньги». Он проиграл, я говорю: «Этому анекдоту пять лет». — «А вот свежий». — «Давай. Да этому сорок!» Люди стали со мной сражаться, и я стал на этом зарабатывать. Потом на ТВ была моя программа со скудоумным (не моим) названием «Анекдот–шоу».
Роман Трахтенберг:
— А вы действительно можете закончить любой анекдот?
— Разве вы не понимаете, это же шоу! Все началось несколько лет назад, когда в клубе кто–то сказал: «Рома, ты рассказываешь старые анекдоты». — «А ты знаешь новые? Ну, расскажи, если я закончу, ты мне — деньги». Он проиграл, я говорю: «Этому анекдоту пять лет». — «А вот свежий». — «Давай. Да этому сорок!» Люди стали со мной сражаться, и я стал на этом зарабатывать. Потом на ТВ была моя программа со скудоумным (не моим) названием «Анекдот–шоу».
Sniki: Вот и Петросян тоже анекдоты поттравливает, ему башляют, а юзеры завидуют и тролят.
uBaHbl4: И то верно. Евгений Ваганович наше все еще всем покажет. Несколько раз.
Sniki: Там должно быть зачеркнуто, но по правилам хорошего тона, я только сейчас посмотрел список доступных тегов. Прошу прощения.
Много букв ™, сводящихся к простой мысли:
ДЕНЬГИ НЕ ЯВЛЯЮТСЯ МЕРИЛОМ ВСЕГО, ИНОГДА ДЕЛО ВАЖНЕЕ ДЕНЕГ
Очень жаль, что угробили СССР — там это знали практически все.
ДЕНЬГИ НЕ ЯВЛЯЮТСЯ МЕРИЛОМ ВСЕГО, ИНОГДА ДЕЛО ВАЖНЕЕ ДЕНЕГ
Очень жаль, что угробили СССР — там это знали практически все.
Деньги являются мерилом того, сколько Вам должны другие люди. Но для того, что бы кто–то захотел Вам задолжать требуется сделать что–то ценное для них. А иначе это либо кража–разбой–грабеж, либо обман и мошенничество.
SergKz: хватит уже тут сказки рассказывать
esk: Но это действительно сенсация. Без иронии. Сделать крупную партию плохого товара, внешний вид которого будет четко соответствовать рекламной мыслеформе статистического обывателя, экономически выгодней, чем тратить кучу времени и денег на разработку "скрытого" качества. Ведь купят же! Будут плеваться и покупать. А если еще и цена будет на пару рублей дешевле, да акция с бонусами, то очереди будут стоять.
Вы например понимаете что качество покупать выгоднее, и у вас есть выбор, а есть места где вы будете искренне радоваться привозу пластиковых часов монтана с у которых 16 мелодий, заведомо зная что все шестнадцать вы врядли успеете послушать.
Вы например понимаете что качество покупать выгоднее, и у вас есть выбор, а есть места где вы будете искренне радоваться привозу пластиковых часов монтана с у которых 16 мелодий, заведомо зная что все шестнадцать вы врядли успеете послушать.
kapelan: да, именно эмоция открытия сопровождает руководителей, когда на тренинге после доступного (на пальцах) объяснения вдруг понимают, что в бизнесе для успеха главное все–же не денгьи.
Сенсация! Оказывается, хорошие вещи продаются лучше плохих! Мало того, оказывается, если любишь делать хорошие вещи, то делаешь вещи лучше, чем если не любишь делать хорошие вещи!
очень интересная статья спасибо большое я подчерпнул многое для себя
dozdik:..,, — на, расставь как нравится :)
«Питаться, дышать и спать миром коррупции и казнокрадства» — так описывают свое состояние наиболее успешные российские чиновники. Не стремиться брать взятки ради денег, но неуклонно укреплять свое положение, становиться нужным и значимым для сильных мира сего — вот рецепт, который позволит сделать по–настоящему прибыльное "предприятие".
Этот принцип лежит в основе принципа спецификации результата — что по SMART, что в НЛП. Деньги не являются результатом деятельности — они являются сопровождающим эффектом.
JFH: а можно более детально объяснить?
ZorgeZorge: Объяснение весьма объемно — на тренинге занимает от получаса до часа. Может быть так — начну с определений:
ПРОЦЕСС — естественный ход вещей и смена состояний в природе.
ДЕЙСТВИЕ — проявление какой–либо энергии, оказывающей влияние на «ПРОЦЕСС».
РЕЗУЛЬТАТ – следствие завершающее какое–либо действие и обязательно вытекающее из него.
ЭФФЕКТЫ – наиболее вероятные, но не обязательно наступающие последствия, сопровождающие и действие и результат.
Различие я выделил жирным шрифтом. Суть — если повторят одно и то же действие, то результат будет повторяться, а эффект может быть, а может и не быть. Поэтому по результату можно оценить качество сделанного действия, а по эффекту нет.
Например, человек умеет красиво разбивать шары так, что бы закатывать пару шаров в лузу. И если он сделает это действие на турнире один раз, то, возможно, ему поаплодируют — шары в лузе это результат, аплодисменты это эффект. Но повторив три или четыре раза этот же самый приём шары все так же будут оказываться в лузе, а вот аплодисментов можно уже и не дождаться.
ПРОЦЕСС — естественный ход вещей и смена состояний в природе.
ДЕЙСТВИЕ — проявление какой–либо энергии, оказывающей влияние на «ПРОЦЕСС».
РЕЗУЛЬТАТ – следствие завершающее какое–либо действие и обязательно вытекающее из него.
ЭФФЕКТЫ – наиболее вероятные, но не обязательно наступающие последствия, сопровождающие и действие и результат.
Различие я выделил жирным шрифтом. Суть — если повторят одно и то же действие, то результат будет повторяться, а эффект может быть, а может и не быть. Поэтому по результату можно оценить качество сделанного действия, а по эффекту нет.
Например, человек умеет красиво разбивать шары так, что бы закатывать пару шаров в лузу. И если он сделает это действие на турнире один раз, то, возможно, ему поаплодируют — шары в лузе это результат, аплодисменты это эффект. Но повторив три или четыре раза этот же самый приём шары все так же будут оказываться в лузе, а вот аплодисментов можно уже и не дождаться.
JFH: спасибо. тут много общего с методологией поставновки научного эксперимента: получение (н)–ного результата, регистрация, повторение вводных условий, получение (н+1)–ного результата, анализ тренда, анализ корреляции результатов к условиям.
а что такое SMART, если не трудно?
а что такое SMART, если не трудно?
ZorgeZorge: Да, Вы правы — специалисты технари и технологи интуитивно отличают различают результат и эффект и не давая точных определений. Потому, что их неразличение приводит к явным неудачам. Но в остальном мире неудачи настолько не явны, что есть соблаз считать эффекты подконтрольными делающему действие. Отсюда и берутся, например, обязательные планы по выручке у продавцов вместо требования действительно подконтрольных им результатов их деятельности.
SMART это абревиатура разработанная где–то годах в 1970 что бы проще было запоминать шаги, которые нужно сделать для спецификации результата — на вики подробно. Но важнее не расшифровка, а суть каждого из шагов — этому уже обучают на тренингах. Беда, что не каждый тренер сам хорошо суть технологии понимает. После в НЛП технология была несколько дополнена — я для неё я пользуюсь абревиатурой SMARTEL.
SMART это абревиатура разработанная где–то годах в 1970 что бы проще было запоминать шаги, которые нужно сделать для спецификации результата — на вики подробно. Но важнее не расшифровка, а суть каждого из шагов — этому уже обучают на тренингах. Беда, что не каждый тренер сам хорошо суть технологии понимает. После в НЛП технология была несколько дополнена — я для неё я пользуюсь абревиатурой SMARTEL.
Главное не думать о красной обезьяне…
JFH: Что бы Ла–Манш переплыть тоже не всегда лодка нужна, достаточно лишь желания. Получается что человек с деньгами, это тоже самое что человек без денег, только с деньгами.
kapelan: Речь здесь о том, что когда делом занимаешься, то фокусироваться только на деньгах не просто не полезно, но даже и вредно.
Деньги по своей формальной сути являются долгами неопределенного круга лиц. То есть если Вы меняете нечто произведенное Вами на деньги, то в итоге тот другой имеет произведенное Вами, а Вы лишь бумажку на которую другие люди могут обменять плоды своего труда. А могут и не обменять — это и называется дефолтом. Поэтому грамотные люди занимаются инвестированием (обмен долгов на активы или материализованные ценности) и на деньгах не сидят.
Деньги по своей формальной сути являются долгами неопределенного круга лиц. То есть если Вы меняете нечто произведенное Вами на деньги, то в итоге тот другой имеет произведенное Вами, а Вы лишь бумажку на которую другие люди могут обменять плоды своего труда. А могут и не обменять — это и называется дефолтом. Поэтому грамотные люди занимаются инвестированием (обмен долгов на активы или материализованные ценности) и на деньгах не сидят.
Любой бизнес это зло и будет злом, пока в принципе не будет решена проблема, как рабочему или грузчику построить на зарплату дом, купить машину, содержать семью, ходить на работу как на праздник и иметь перспективу роста. А то тут нам впаривают про хорошего директора…
42na: работаем с тем что есть, как говорили в той стране, где грузчикам обещали личный дом :)
Перевод интересной статьи с digg'а: "В обход: непрямой путь к успеху". Так как diggreader последнее время нестабильно работает — текст перевода вынесу на всякий случай в первый комментарий.
в твиттер