Иван Петрович был рожден и вырос в рабочем квартале. Он бый "ровный". Он состоял, привлекался, был как все "на раене", имел приводы но так и не сделал ходки. Однажды он сел на автобус не в ту сторону и оказался возле большого офисного строения.
Иван Петрович попытался спросить у прохожих где ему найти автобус обратного маршрута, одолжить сигарету и приобрести жареных подсолнечных семян. Прохожие стали хвататься за телефоны и делать резкие движения. Потом, убедившись в своем численном превосходстве, они стали собираться в кружок вокруг Ивана Петровича. Пространство постепенно сжималось. Иван Петрович начал подозревать конфликт субкультур. Иван Петрович решил обратиться к дипломатии и выразить свое стремление перейти к конструктивному диалогу:
— Слы–ы–ы–ышь?..
В толпе возмущенно зашипели. Иван Петрович понял что чужеродная субкультура вероятно воспринимает его враждебно, и поспешил выразить свое недоумение относительно такого нелепого непонимания сторон:
— Чооо–о–о–о?
Толпа сомкнулась теснее, некоторые выставили вперед зонтики. Ивану Петровичу внезапно открылась вся глубина нависшей над ним опасности. Он предпринял последнюю попытку успокоить окружающих:
— Эта… не ссы, да?
Кто–то из задних рядов (видимо лидер) выкрикнул что–то вроде "каков наглец!" и толпа стала напирать. Иван Петрович уцепился за последнюю возможность избежать кровопролития воззвав к общепринятым авторитетам:
— Да вы Коляна с пятнадцатого–то знаете?!
Они не знали Коляна с пятнадцатого. Иван Петрович запаниковал:
— Чо, у мя мабила–то есть, звонить надо чо–ли?!…
Все было напрасно, даже средства мобильной связи атаковавших не интересовали. Иван Петрович изготовился принимать бой.
Он отступал медленно, стараясь прижаться спиной к стене и ограничить маневры нападающих. Кто–то уже вызвал милицию. Представители власти были тоже из местных — крепкие, подтянутые, с волевой осанкой и даже в форме. Дело было совсем плохо. И вот в этот момент за спиной раздался знакомы голос:
— Ванек, лошара, ты чоль?
Он обернулся. То была Светлана Никифоровна, давняя знакомая Ивана Петровича. Несколько лет она заключила выгодный межсоциальный брак по коммерческим соображениям, и вынуждена была переехать со своим супругом в аппартаменты его родителей в другой части города. Затеплилась надежда, радости Ивана Петровича не было предела:
— Чозанах, йобта!
Светлана Никифоровна втащила Ивана Петровича в магазин где она работала специалистом по клинингу мерчандайз–эксибишена. Ее речь уже странным образом исказилась:
— Вань, ты сдурел?
Иван Петрович честно признался что более не сохраняет контроль над ситуацией и готов принять любую помощь:
— А я чо, я ниче!..
Наталья Никифоровна поняла, что ситуацию прийдется брать в свои руки:
— Вань, с этими так не канает, они с ровными бычат нереальна. Учись, лошара!
Она распахнула дверь и шагнула на крыльцо:
— Дамы и господа! Я прошу прощения за этот инцидент! Иван Петрович безмерно сожалеет о доставленных неудобствах и будет крайне признателен если его проводят к остановке общественного автобуса номер 68.
Толпа подалась назад, зонты опустились, послышался одобрительный гул. Светлана Никифоровна поспешила использовать сложившееся преимущество:
— Я вам сердечно благодарна за понимание! Приятного дня вам всем.
Светлана Никифоровна захлопнула дверь и перевела дух. Иван Петрович беспомощно опустился в стоявшее рядом кресло. Внезапно он понял, что ни когда не сможет быть с этими людьми на одной волне, что их субкультуры диаметрально противоположны, а социальные противоположности едва ли не разделяют их на два биологических вида. Он осознал, как Светлане Некифоровне тяжела была адаптация к чуждой для нее среде. И он был безмерно признателен, что она пришла на помощь. Как жаль, что за все то время, пока они были вместе, он так и не смог найти правильные слова чтобы сказать все это. Что ж, лучше поздно, чем никогда:
— Светк, ну ты йобта ващее, бля.
Иван Петрович попытался спросить у прохожих где ему найти автобус обратного маршрута, одолжить сигарету и приобрести жареных подсолнечных семян. Прохожие стали хвататься за телефоны и делать резкие движения. Потом, убедившись в своем численном превосходстве, они стали собираться в кружок вокруг Ивана Петровича. Пространство постепенно сжималось. Иван Петрович начал подозревать конфликт субкультур. Иван Петрович решил обратиться к дипломатии и выразить свое стремление перейти к конструктивному диалогу:
— Слы–ы–ы–ышь?..
В толпе возмущенно зашипели. Иван Петрович понял что чужеродная субкультура вероятно воспринимает его враждебно, и поспешил выразить свое недоумение относительно такого нелепого непонимания сторон:
— Чооо–о–о–о?
Толпа сомкнулась теснее, некоторые выставили вперед зонтики. Ивану Петровичу внезапно открылась вся глубина нависшей над ним опасности. Он предпринял последнюю попытку успокоить окружающих:
— Эта… не ссы, да?
Кто–то из задних рядов (видимо лидер) выкрикнул что–то вроде "каков наглец!" и толпа стала напирать. Иван Петрович уцепился за последнюю возможность избежать кровопролития воззвав к общепринятым авторитетам:
— Да вы Коляна с пятнадцатого–то знаете?!
Они не знали Коляна с пятнадцатого. Иван Петрович запаниковал:
— Чо, у мя мабила–то есть, звонить надо чо–ли?!…
Все было напрасно, даже средства мобильной связи атаковавших не интересовали. Иван Петрович изготовился принимать бой.
Он отступал медленно, стараясь прижаться спиной к стене и ограничить маневры нападающих. Кто–то уже вызвал милицию. Представители власти были тоже из местных — крепкие, подтянутые, с волевой осанкой и даже в форме. Дело было совсем плохо. И вот в этот момент за спиной раздался знакомы голос:
— Ванек, лошара, ты чоль?
Он обернулся. То была Светлана Никифоровна, давняя знакомая Ивана Петровича. Несколько лет она заключила выгодный межсоциальный брак по коммерческим соображениям, и вынуждена была переехать со своим супругом в аппартаменты его родителей в другой части города. Затеплилась надежда, радости Ивана Петровича не было предела:
— Чозанах, йобта!
Светлана Никифоровна втащила Ивана Петровича в магазин где она работала специалистом по клинингу мерчандайз–эксибишена. Ее речь уже странным образом исказилась:
— Вань, ты сдурел?
Иван Петрович честно признался что более не сохраняет контроль над ситуацией и готов принять любую помощь:
— А я чо, я ниче!..
Наталья Никифоровна поняла, что ситуацию прийдется брать в свои руки:
— Вань, с этими так не канает, они с ровными бычат нереальна. Учись, лошара!
Она распахнула дверь и шагнула на крыльцо:
— Дамы и господа! Я прошу прощения за этот инцидент! Иван Петрович безмерно сожалеет о доставленных неудобствах и будет крайне признателен если его проводят к остановке общественного автобуса номер 68.
Толпа подалась назад, зонты опустились, послышался одобрительный гул. Светлана Никифоровна поспешила использовать сложившееся преимущество:
— Я вам сердечно благодарна за понимание! Приятного дня вам всем.
Светлана Никифоровна захлопнула дверь и перевела дух. Иван Петрович беспомощно опустился в стоявшее рядом кресло. Внезапно он понял, что ни когда не сможет быть с этими людьми на одной волне, что их субкультуры диаметрально противоположны, а социальные противоположности едва ли не разделяют их на два биологических вида. Он осознал, как Светлане Некифоровне тяжела была адаптация к чуждой для нее среде. И он был безмерно признателен, что она пришла на помощь. Как жаль, что за все то время, пока они были вместе, он так и не смог найти правильные слова чтобы сказать все это. Что ж, лучше поздно, чем никогда:
— Светк, ну ты йобта ващее, бля.
borv:
Светлана Никифоровна втащила Ивана Петровича в магазин
Наталья Никифоровна поняла, что ситуацию прийдется брать в свои руки
Эй, чо, их там скока ваще?
Светлана Никифоровна втащила Ивана Петровича в магазин
Наталья Никифоровна поняла, что ситуацию прийдется брать в свои руки
Эй, чо, их там скока ваще?
svb: Одмин, поправь нах. Очепятался.
borv: а вообще, я бы назвал этот шедевр "Звезда под бичом по–новорусски". Причём, он намного короче первой "Звезды…", а тема раскрыта полностью!
svb: Эта? http://lib.ru/HERBERT/whipestar.txt
Спасибо, почитаю.
Спасибо, почитаю.
borv: правда, как говорилось в одном послесловии, литературные таланты Ф. Херберта отстают от глубины его идей. Но мне кажется, Вам понравится.
Известно, что население «Северов» издавна формировалось в основном за счет регулярно и массово направляемого туда осужденного различной властью контингента. Лагеря, лагеря, лагеря… образовывались вокруг столь необходимых стране производств, вокруг лагерей в свою очередь возникали поселения, города. Сменялись поколения, и миллионы наших сограждан воспитывались в среде, где лагерно–тюремная этика оказалась наиболее применимой.
Нам, отравленным высшими образованиями, всякими там гуманистическими идеалами и просто особой снобистской праздностью жителей больших городов, оказавшись там, легко попасть впросак, не имея представления о нормах поведения в этой среде.
Да, вот здесь есть о том почему слово «черт», а также слова «козел» и «пидорас» могли обернуться для меня ОЧЕНЬ серьезными проблемами.
А вот сайт целиком посвященный тюремной тематике, где некто Виталий Лозовский достаточно интересно делится своим опытом по части отсидок.
Так вот, попав в камеру, где поддерживается понятийный порядок, вы будете поражены атмосферой, там царящей. Ничего общего с тем, как это принято показывать в кино. Никто не может отнять ни у кого ничего силой, угрозой, хитростью. Никого нельзя ударить. Вы не услышите матерного слова – прямо таки прием у английской королевы – все через пожалуйста, благодарю… Все споры и конфликты разруливаются на самых начальных стадиях.
Нельзя никого послать. Простая фраза "Да пошел ты…" даже не доведенная до логического окончания, дает право тому, кому она адресована, ударить, опустить и даже убить неосторожного матерщинника (исключение из правила неприменения физической силы в камере). Фраза воспринимается буквально – пошел ты на х…, означает что ты долбишся или должен быть отдолбан, т.е. прямо определен в пидары. Кодекс чести – понятия – объязуют ответить на оскорбление. Если ты не ударишь человека, тебя пославшего, значит ты признаешь, что ты пидар и в дальнейшем будешь туда неминуемо определен (при самом благоприятном раскладе ты будешь определен в последние чмошники, чушки, чушкари, общение с которым ниже достоинства для нормального пацана).
И вот ёще для настоящих пацанчиков (босоты, бродяг и пр.)
В общем мне бы конечно хотелось лучше знать и понимать людей которые живут в одном со мной государстве… но не всегда.
Нам, отравленным высшими образованиями, всякими там гуманистическими идеалами и просто особой снобистской праздностью жителей больших городов, оказавшись там, легко попасть впросак, не имея представления о нормах поведения в этой среде.
Да, вот здесь есть о том почему слово «черт», а также слова «козел» и «пидорас» могли обернуться для меня ОЧЕНЬ серьезными проблемами.
А вот сайт целиком посвященный тюремной тематике, где некто Виталий Лозовский достаточно интересно делится своим опытом по части отсидок.
Так вот, попав в камеру, где поддерживается понятийный порядок, вы будете поражены атмосферой, там царящей. Ничего общего с тем, как это принято показывать в кино. Никто не может отнять ни у кого ничего силой, угрозой, хитростью. Никого нельзя ударить. Вы не услышите матерного слова – прямо таки прием у английской королевы – все через пожалуйста, благодарю… Все споры и конфликты разруливаются на самых начальных стадиях.
Нельзя никого послать. Простая фраза "Да пошел ты…" даже не доведенная до логического окончания, дает право тому, кому она адресована, ударить, опустить и даже убить неосторожного матерщинника (исключение из правила неприменения физической силы в камере). Фраза воспринимается буквально – пошел ты на х…, означает что ты долбишся или должен быть отдолбан, т.е. прямо определен в пидары. Кодекс чести – понятия – объязуют ответить на оскорбление. Если ты не ударишь человека, тебя пославшего, значит ты признаешь, что ты пидар и в дальнейшем будешь туда неминуемо определен (при самом благоприятном раскладе ты будешь определен в последние чмошники, чушки, чушкари, общение с которым ниже достоинства для нормального пацана).
И вот ёще для настоящих пацанчиков (босоты, бродяг и пр.)
В общем мне бы конечно хотелось лучше знать и понимать людей которые живут в одном со мной государстве… но не всегда.
Isterique: дикари + скука = PROFIT!
Isterique: Пару лет назад наткнулся на книгу Вячеслава Майера под названием "Чешежопица". Я бы не сказал, что это самое приятное чтиво, какое мне читать доводилось, но то, что это в некоторой степени полезно, для меня несомненно. Хотя бы потому, что теперь я знаю, что и вот так бывает. И "чертом" кого попало не называю.
Isterique: надо Федя. Либо свалим, либо сядем. Другого в этой стране не дано.
MarvinHeemeyer: лучше первое.
Романтизация гопоты. Что–то не верится, что на зонах сидят какие–то особенные люди.
42na: Вы романтизацию в посте или по ссылкам нашли? В любом случае и там и там скорей развенчание их романтического образа.
Isterique: … Вы не услышите матерного слова – прямо таки прием у английской королевы – все через пожалуйста, благодарю…
42na: Вполне этому верю. Просто вынужденная мера, дабы максимально ограничить возможность возникновения конфликта. Ибо заканчивается плачевно. Плюс люди живут в замкнутом пространстве многие годы. Не круглые же сутки друг другу ебальники чистить.
кто гопник — тот реал пацан, но мы не гопники, мы ровные пацаны
ifrond: Эта, слышь, ровные пацаны начинают предложение с большой буквы.
nikolai: это была цитата с сайта ЯГопник.
ifrond: Чё ты мажешься, а?! Слышь, ты уже написал! Ты уже нам должен 10 золотых постов! Всё, иди пиши!
ifrond:
"..О сколько нам открытий чудных.."
Добро пожаловать в реальную жизнь, Isterique.
Добро пожаловать в реальную жизнь, Isterique.
ArchStanton: Причем тут реальная жизнь? Какое–то быдло навыдумывало себе правил чтобы не помереть со скуки, и теперь это, оказывается, "реальная жизнь". Нахуй идите с такой реальной жизнью.
volcano187: речь не о том, плоха реальность или хороша. Речь о том, сколько еще конкретного индивидуума ждет открытий об окружающем мире, ни для кого здесь более открытиями не являющимися.
ArchStanton: О, я надеюсь много. Потому я тут собственно и присутствую постоянно.
"Евроглазый" — это что значит? Еврей что ли?
Эй, Ленинград, Петербург, Петроградище
Марсово пастбище, Зимнее кладбище.
Отпрыск России, на мать не похожий
Бледный, худой, евроглазый прохожий. ©
Марсово пастбище, Зимнее кладбище.
Отпрыск России, на мать не похожий
Бледный, худой, евроглазый прохожий. ©
в школу на перемене зайдите и послушайте как там матом разговаривают.
Преступник — человек, не сумевший реализоваться в рамках договоренностей, существующих в обществе. Эти люди в общении между собой создают новые примитивные договоренности. Например, армейская "дембельская" мода обязана своим происхождениям схожим причинам: попытка создать суррогат в условиях вынужденной моральной изоляции. Она не менее экзотична, чем все эти блатные приблуды — и гораздо безобидней.
Их можно изучать, но с точки зрения научного интереса. Можно попробовать и как эксперимент новой "точки сборки" — но есть ведь более приемлемые, во всех отношениях, возможности.
А так–то зачем лезть во весь этот трэш с серьезным видом, будто жемчужное зерно нашли?
Не выбрал правильной причины, чтоб поставить минус: пост не тупая фигня, не реклама и т.д. Но пост плох.
Их можно изучать, но с точки зрения научного интереса. Можно попробовать и как эксперимент новой "точки сборки" — но есть ведь более приемлемые, во всех отношениях, возможности.
А так–то зачем лезть во весь этот трэш с серьезным видом, будто жемчужное зерно нашли?
Не выбрал правильной причины, чтоб поставить минус: пост не тупая фигня, не реклама и т.д. Но пост плох.
st_yourself: Преступник — человек, не сумевший реализоваться в рамках договоренностей, существующих в обществе. Понимаете, в этой фразе далеко не всё так просто, как кажется. Например, сюда может попасть какой–нибудь человек, отказывающийся "стучать" при существовании закона о недоносительстве, или человек, пришедший на законный митинг, но задержанный ментами и многое другое. Не всегда эти договорённости — то, что надо соблюдать. Но, как правильно было замечено выше, примитивные тюремные договорённости вроде неплохо служат цели бесконфликтного существования в тесной камере. Я далёк от всей этой тюремной романтики и т.п., но в стране, где сидит больше народа, чем при Сталине и оправдательные приговоры не выносятся, а суды судят по–дурацки, боюсь, такие вещи надо изучать, как бы это сказать, заранее :(
st_yourself: Четно сказать, меньше всего хотелось бы тут что–то серьезно изучать. Это примитивные процессы, которые конечно можно было бы изучать в качестве архитипов человеческого поведения в социуме. Но за время работы на севере я на них уже так насмотрелся, что просто тошно и лень.
Пост собственно о том, что чуть меньше чем половина населения страны использует эти модели поведения в своей повседневной жизни, и с этим приходится как–то уживаться.
Пост собственно о том, что чуть меньше чем половина населения страны использует эти модели поведения в своей повседневной жизни, и с этим приходится как–то уживаться.
В фильме "Каникулы строгого режима" образ черта в постановке спектакля на зоне имеет значительную роль в сюжете. Кстати, на удивление неплохое кино оказалось.
"..Эти люди в общении между собой создают новые примитивные договоренности. Например, армейская "дембельская" мода обязана своим происхождениям схожим причинам.."
Какой же я старый..
Какой же я старый..
Воцарившиеся тишина и наэлектризованность в воздухе заставили меня вмиг отрезвиться. Чуть позже я осознал насколько благополучно для меня разрешилась эта ситуация.
в твиттер