Плюс изобилие совершенно графоманских пассажей типа «…Дверь проходной тихо при–крывается доводчиком. Машинист смотрит в небо и улыбается. “А ведь неплохо порабо–тал. Мог бы, конечно, и лучше, но… Но лучше будет завтра. Ведь если не к чему стре–миться, это так скучно…”».
Но! Зато из книжки можно узнать, на каких линиях и в каких направлениях лучше садиться в середину поезда, а на каких и в каких – в голову и хвост.
Но с другой стороны, вопрос они задали действительно глупый и необязательный. Представления населения о том, будет ли второй тур, может, и представляют академический интерес, но в нынешней нервной обстановке надо было воздержаться от обнародования.
Чтобы точно оценить вклад эксперта в каждом случае, надо модель смотреть, с каким весом учитывается экспертная оценка, и как именно. А модели никто не раскрывает, сопрут же.
А коммунистам, кстати, Левада из большой тройки дал меньше всех. То есть, закономерность про выпирание коммунистов не воспроизводится. Поэтому легкого ответа на Ваш вопрос нет, надо сравнивать географию выборки на длинном временном ряде.
Но про мужчин с завода скажу, это легко. Переоценивать управляемость набором федеральной выборки со стороны московских опросных центров не стоит. Реально сбором данных занимаются бойцы некрупных региональных компаний, которым москвичи спускают подряды. Выборка размазывается по стране, и на один региональный подряд приходится десяток–другой опрошенных. Требованием не опрашивать рабочих с закрытого завода в таких условиях особенно не посветишь, вскроется очень быстро. Поэтому формальные рамки имеются, но они совершенно скучные и не сенсационные (типа, выбрать улицу на "Б", встать на нечетной стороне, отсчитать 3 дома и дальше идти с шагом в каждую седьмую квартиру).
Документ, на который я дал ссылку, лежит на сайте Центра обучения избирательным технологиям при ЦИК РФ. РЦОИТ перед каждыми крупными выборами последнего времени проводил конкурс прогнозов среди социологов. Делает он это и сейчас, но давайте обратимся к последнему конкурсу (да, этот тот же doc–файл, который не надо было закрывать) — выборы в думу уже прошли, и это очень удачно, потому что прогноз теперь можно проверить.
В конкурсе приняли участие 23 организации. Все крупные игроки — ВЦИОМ, ФОМ, Левада–центр, — разумеется, в игре. Среднее отклонение прогноза явки от фактического показателя — 0,1 процентного пункта (60,1 vs. 60,2). Неплохо, правда? Среднее отклонение прогнозного результата победителя (ПЖиВ) – 2 процентных пункта (51,6 vs. 49,3). Не так здорово, но с учетом всех вышеперечисленных сложностей прогнозирования — очень достойно.
Теперь самое время сравнить прогнозы с результатами альтернативного подсчета. Там расхождение результата победителя с официальными данными составляет 15 процентных пунктов (35% у ПЖиВ), и вот уже третий месяц это несоответствие подрывает устои и без того хрупкого механизма нашего молодого народовластия, стравливая поклонную с болотной. Как к этому относиться? Конечно, можно сказать, что альтернативный подсчет прав, а социологи неправы. Натурально, сговорились конкуренты и подали завышенные в полтора раза данные на закрытый конкурс. Но ей–богу, разумнее усомниться в валидности альтернативного подсчета.
Итак. Опрос — не прогноз. В первом случае делается фиксация состояния общественного мнения на момент времени. Во втором — моделируется финальное распределение голосов между кандидатами с учетом множества факторов. В опросе могут быть опции типа "затрудняюсь ответить" и "отказ от ответа"; список в прогнозе похож на избирательный бюллетень. И в любом случае рекомендую идти на сайт автора данных и смотреть исходный текст пресс–релиза. Социологи таких вольностей интерпретации, какие позволяют себе, обычно остерегаются.
И наконец, обратите внимание — вся эта социология говорит об электоральном поведении в предложенных условиях, но не оценивает сами условия вне пределов прогнозной модели. Строго говоря, давать оценки условиям — это вообще не дело социологов, этим должны заниматься политики. Поэтому разговор о нелегитимности предстоящих выборов в силу того, что некто П. посягнул на конституционный принцип сменяемости власти, вести, наверное, можно и нужно; о неравноправности условий кампании — тоже можно и нужно. Но к пожарной охране, которую я в настоящий момент представляю, все эти сюжеты отношения не имеют. Мы же не жалуемся на градусник, показывающий 39, если у нас грипп?
Избежать такой ошибки социологу помогает знание о том, что электоральное поведение (равно и любое другое поведение больших социальных групп) описывается законами, несколько иными, чем арифметические, а измерение закономерностей этого поведения — то есть, социологические исследования — сопряжено с рядом условий, не допускающих пренебрежения к себе.
Приведу примерный перечень обстоятельств, которые надо учесть в прогнозной модели:
Выборка. И я не имею в виду популярный аргумент "Ай, эти шлемазлы опросили 1600 человек из 100 миллионов и с этой хохмой едут в Одессу". Выбор именно такого размера выборки основан на принципе разумной достаточности — статистическая погрешность здесь составляет приемлемые 3% и с дальнейшим увеличением выборки падает не так быстро, как растет стоимость работ. Поэтому, если число опрошенных больше и значительно больше, а заказчик — госструктура, я возьму на себя грех досудебного обвинения и скажу, что скорее всего пилят. Проблема выборки в другом — в том, что есть категория людей, принципиально недостижимых для опроса, и точно сказать, как они ведут себя на выборах, довольно трудно. Больницы, тюрьмы, воинские части, ЗАТО, Чеченская республика, dirty.ru — вот неполный список недоступных социологам локаций.
Декларативность ответов респондентов. Да, они врут. Ищут способ понравиться интервьюеру или эпатировать его, пытаются подобрать социально одобряемый ответ, изволят шутить или просто ленятся — и социологу надо исхитриться и угадать, как на самом деле проголосует этот лукавый контингент.
Поведение неопределившихся. Чем ближе выборы, тем доля неопределившихся меньше. Тем не менее, до четверти избирателей принимают решение о выборе непосредственно на избирательном участке и дать социологам возможность учесть результат своего озарения в предвыборном опросе по понятным причинам не могут.
Интенсивность избирательной кампании в последние дни перед выборами. Она всегда прогнозируемо растет, но на процесс могут непредсказуемо повлиять форс–мажорные факторы — чемоданы компромата, выбытие кандидатов и тому подобный викиликс.
Наконец, в прогнозе надо как–то учесть масштабы фальсификаций. Единого мнения насчет возможных объемов, не говоря уже о точных расчетах, здесь нет. Безусловно, какую–то часть могут насовать чисто рефлекторно, у причастных лиц modus operandi такой, не могут иначе. Это дает единицы процентов, своего рода естественный фон. Но масштабы должны сильно различаться между регионами и между разными избирательными кампаниями.
С тех пор известно, что главное качество опроса не массовость, а репрезентативность.
Я не пытаюсь встать на пути Вашего Крестового похода, я говорю только о том, что не надо путать людей. "Жулика Гупту" не нанимал "жулик Вексельберг".
Недавно Медведев выразил пожелание присоединить школу к центру (ну а чо, тезки же), но это сугубо политическое решение, и центру Сколково этот насквозь убыточный аппендикс в хер не уперся.
Понимаете, да? "Наличие оборудования становится обязательным". Как примут сие, так не только превышение, а в свободное время синагогу/любовницу посетить проблематично будет, чтобы кого положено не поставить в курс дела.
Может быть, Табачник выражает свои мысли в градусах, а проценты — это нечаянная оговорка? Развернутый угол учебников — на украинском, южный тропик учебников — на русском, крепленое плодово–ягодное учебников — на английском. В сумме — проекция глобуса Украины. Очень просто.
страниц