Могу сказать одно: так можно уволить практически любого директора. Если есть фонд школы и если есть жалоба от родителей в вышестоящий орган. Нецелевое расходование обнаружится практически всегда. Так же, как и оформление на ставки левых людей с дальнейшим возвратом полученных денег кому–то ещё. При этом и нецелевое расходование и манипулирование со ставками может объективно быть направлено на благо школы, только вот доказать это будет невозможно.
Я не вижу ничего плохого, что дети на практике увидят, как власть отгораживает их от участия в митинге.
Вкратце если — есть несколько теорий; по одной из них, предки современных венгров и хантов локализовались на Урале, в дальнейшем часть их мигрировала на запад и это теперешний этнос венгров, часть — "в другую сторону", и это теперешение ханты. При этом существует и противоположная теория: что на самом деле их сходство это не проявление родства, а результат вторичной конвергенции за счёт принадлежности к единому языковому союзу (например, румынский, болгарский и турецкий проявляют некоторые черты сходства именно за счёт принадлежности к единому балканскому языковому союзу). Я сама считаю более доказательной гипотезу о родстве, а не о языковом союзе. На практике, зная венгерский, понимать хантыйский невозможно, и наоборот тоже. Сходство между этими языками — структурное, но это не обеспечивает понимание.
Чой–то у мужика с ногами? Мурашки? Целлюлит?
Куда больше, чем сами картинки (навидалась в детстве самодельных реклам кино в сельских клубах), меня удивило свидетельство о наличии в Гане собственной киноиндустрии.
Почти такие же жгучие, как КПЛО — только формат чуть–чуть сдвигается в сторону deadly–serious. Но от этого он только забавнее.
Если кому вдруг стало интересно почитать про СК изнутри, вам поможет профессор Андрей Ланьков: (!ЖЖ!)
Я его видела два раза. Первый — на квартирнике в Питере. Второй — в Москве, на концерте памяти Башлачёва, как–то тогдашней нашей компании удалось устроиться там поработать билетёрами и прочей обслугой, поэтому сам концерт смотрели не из зала, а стоя совсем рядом со сценой. Майк, как мне показалось, удивительно сочетал в себе серьёзную мрачность и острое нежелание создать хоть какие–то неудобства. Вместо это выглядело довольно грустно.
Песни у него замечательные. Хорошо, что его помнят всё ещё.
Прикроют электронные библиотеки — будем друг другу книги копировать, как магнитофонные записи в доцифровые времена.
Правда, крови ему напиться так и не дали — следили за техникой безопасности потому что.
Но начало многим понравилось бы. Где "Никто и никогда не должен работать".
страница