финансовый отчет — пункт 2 — Закуска к пиву (ожидание в
кафе 5 часов) — 1 — 125,00 — 125,00
зануда mode off
Пивной ларек, выкрашенный зеленой краской, стоял на углу Белинского и
Моховой. Очередь тянулась вдоль газона до самого здания райпищеторга.
Возле прилавка люди теснились один к другому. Далее толпа постепенно
редела. В конце она распадалась на десяток хмурых замкнутых фигур.
Мужчины были в серых пиджаках и телогрейках. Они держались строго и
равнодушно, как у посторонней могилы. Некоторые захватили бидоны и чайники.
Женщин толпе было немного, пять или шесть. Они вели себя более шумно и
нетерпеливо. Одна из них выкрикивала что–то загадочное:
— Пропустите из уважения к старухе–матери!..
Достигнув цели, люди отходили в сторону, предвкушая блаженство. На
газон летела серая пена.
Каждый нес в себе маленький, личный пожар. Потушив его, люди оживали,
закуривали, искали случая начать беседу
Очередь насторожилась. Энергичный человек с кинокамерой внушал народу
раздражение и беспокойство.
— Извиняюсь, — обратился к Шлиппенбаху железнодорожник, — вас здесь не
стояло!
— Нахожусь при исполнении служебных обязанностей, — четко реагировал
Шлиппенбах.
— Все при исполнении, — донеслось из толпы.
Недовольство росло. Голоса делались все более агрессивными:
— Ходят тут всякие сатирики, блядь, юмористы…
— Сфотографируют тебя, а потом — на доску… В смысле — "Они мешают нам
жить…"
— Люди, можно сказать, культурно похмеляются, а он нам тюльку гонит…
— Такому бармалею место у параши…
Энергия толпы рвалась наружу. Но и Шлиппепбах вдруг рассердился:
— Пропили Россию, гады! Совесть потеряли окончательно! Водярой залили
глаза, с утра пораньше!..
— Юрка, кончай! Юрка, не будь идиотом, пошли! — уговаривала Шлиппенбаха
Галина.
Но тот упирался. И как раз подошла моя очередь. Я достал мятый рубль из
перчатки. Спрашиваю:
— Сколько брать?
Шлиппенбах вдруг сразу успокоился и говорит:
— Мне большую с подогревом. Галке — маленькую.
Галина добавила:
— Я пива не употребляю. Но выпью с удовольствием…
Логики в ее словах было маловато.
Кто–то начал роптать. Оборванец пояснил недовольным:
— Царь стоял, я видел. А этот пидор с фонарем — его дружок. Так что,
все законно!
страниц